Литературное имя
рейтинги, публикации, рецензии, издать и продать книгу
Наш проект позволяет авторам войти в Большую литературу, получить признание и заработать, помогая начинающим: подробнее ...
ИЗДАТЬ книгу от 7500 руб., ПРОДВИНУТЬ И ПРОДАТЬ
+7(903) 019-0541, +7(906) 704-6873
 
Личный кабинет Выход
Рейтинги
Публикации
Критика
Магазин
Издать книгу
Новости сайта
Конкурсы
Частые вопросы
О проекте
Новости сайта
Участие в выставке ММКВЯ 2019 и премирование авторов
Список СМИ, куда доставляются книги курьером
Подписка на новости:
Анонсы публикаций
Ещё анонсы
Объявления
Зарегистрируйтесь на сайте и получите 1000 махов и 1000 web-литов для начала работы!
Информация
Литературный конкурс "Кни­гу­ру": при­ем за­я­вок до 15 ию­ля 2019 г.
Литературный конкурс "Мо­но­ЛИТ": при­ем за­я­вок до 25 ию­ля 2019 г.
Литературный конкурс "Ру­с­с­кие ри­ф­мы": при­ем за­я­вок до 31 ав­гу­с­та 2019 г.
Конкурс "Лу­ч­шее имя для зве­з­ды": при­ем за­я­вок до 30 се­н­тя­б­ря 2019 г.
Премия "Чи­тай Ро­с­сию" за лу­ч­ший пе­ре­вод: при­ем за­я­вок до 30 ап­ре­ля 2020 г.
Барамунда - Проза: миниатюры (проза о совести, чести, любви)
Вознесение Земляного Бога
- Бога, Бога! – разнеслось над двором. – Чиклет нашёл Бога!

Благая весть явилась вдруг из глубин фруктового сада. Выскочила из-под хитросплетения яблоневых ветвей на залитую солнцем площадку – внезапно, словно юный прыщ на не знавшей диатеза попе. Вывалилась на свет в лице загорелого, перемазанного гумусом чада, а затем широко раззявила свой младенческий ротик и альтом проревела на всю округу:

- Теперь у Чиклета есть Земляной Бог! Бог! Бог!!!

Растревоженные трубным гласом, Пётр с Бастиндой кубарем скатились с крыши полуистлевшего сараюшки, за черепичным коньком которого уже вторую неделю втайне учились целоваться и благополучно приземлилились в стожок прошлогоднего сена; рыжеволосая Маниока (да-да, та самая Маняша Клажницкая из «два длинных, два коротких»), прекратила своё извечное вращение талией, позволила обмотанному изолентой хула-хупу свалиться наземь и, возглавив передовой отряд свидетелей чуда, поскакала на одной ножке в поисках источника вселенского переполоха.

Даже Виталь, мой сосед – нигилист от рождения, двоечник по натуре - презрев и блинный бойкот мамаши, и угрозу спонтанно-ременного отцовского взрыва, сорвал с переносицы очки-лисапеты, сунул их вместо закладки меж страниц и торжественно прихлопнул хвост ненавистной арифметике. Затем, не на шутку заинтригованный, высунулся в окно, перегнувшись с риском для жизни поперёк узкого подоконника.

— Покажь, покажь! – суетились босоногие девы. – Дай подержать…
— Дзы-ы-ыко, дзы-ы-ыкински!
— Ой, бабы-ы-ы, бабоньки, я боюсь, боюсь!
— И я!!!
— Какая прелесть! – вскричала Маниока.
— Фу, гадость! Тоже мне Бог… фу… — кривилась Бастинда, нервно оправляя пальчиком непослушный локон.

Новообращённая протестантка, только вот-вот ещё, всего-то пару минут назад, предававшаяся смертному сарайному греху, патетически, с многозначительным вздохом воздела к небу указательный перст свободной руки.

Девочки охали, ахали, вздыхали (ничего особенного, обычные бабьи штучки), одни прослезились от избытка чувств, другие с опаской тянули ладошки к неизвестному божеству, желая поскорее причаститься к великой тайне: такой желанной, притягательной, но одновременно — пугающей. Парням же ничего не оставалось, как толпиться на импровизированной галёрке, оплёвывать грядки с цветущим чесноком и тихо гудеть меж собою, пряча за скептическими ухмылками следы глубочайшей досады. Ну, а сам я, как умел, в одиночку держал оборону, стараясь не давать преимущества никому из нахальных паломников, не позволяя, пусть даже случайно, хоть как-то обидеть Его.

Прошло не так уж много времени, как поблизости будто щёлкнули контакты электрического реле. В воздухе резко пахнуло свежим фосфором и серой. Нечто, едва уловимое, переменилось в настроениях обступившей меня ребятни: сильнейшая половина стала потихоньку выходить из оцепенения, вызванного завистью и известной конкуренцией мальчишеских самолюбий. Простым ли напором загорелых тел, упорством ли, хитростью, но этим юным пародиям на самцов Homo Sapiens удалось-таки оттеснить прекрасный пол от чудесного артефакта, извлечённого мною из-под капустного листа лишь несколько минут назад.

Юные фарисеи не надумали ничего постыднее, чем обрушиться на маленькое земляное чудо с хулой, граничащей со святотатством, а вернее, с такой злобой, что ситуация сразу же обрела вид древней игры – интриги, оканчивающейся, по-обыкновению, пошлой провокацией, скорым судом и побиванием камнями никому не нужного, ни на что не годного, никем не званого апостола...

— Да ну, братва, фигня какая-то…
— Отвали!
— Ты чо, блин?
— А сам?
— Ме-ме-ме, бе-бе-бе, — ни с того ни с сего разошёлся Борька (ещё друг называется!), демонстрируя мне и притихшим девчонкам свой змеиный язык - длинный, ярко-жёлтый от бабушкиных поливитаминов.
— Не лезь, — я неловко отмахнулся от насмешника, заехав тому случайно локтем по рёбрам.
— Тощий, тощий – псих психованный, баран подкованный! — обиделся иуда и на всякий случай отскочил назад.
— Говорил же: не лезь…
— Ну, и чё там у тебя, Чиклет, чё? Небось, опять галдышку собачью нашёл и радуешься? – бросил мне с вызовом жиртрест Петруччо. – Давай-кось сюда, заценю.

Наизлейший враг мой, словно чувствуя складчатым и потным своим затылком поддержку товарищей, потянулся было грязными пальцами к Земляному Богу, но я твёрдо решил не сдаваться и крепко-накрепко сжал ладонь в кулак, оставив внутри лишь небольшое пространство — с тем расчётом, чтоб Бог мой мог двигаться и дышать. Затем отступил на пару шагов и упёрся тылом в узловатый яблоневый ствол:

— Фиг тебе! Не дам – слугой не нанимался!
— Ты чё, блин, опух, тощий? Совсем уже страх потерял? – Петька наплывал на меня своей громадной, четырнадцатилетней выкормки тушей, будто эскадренный броненосец на хлипкую шхуну. – Гони сюда Бога, пока по мордасам не отхватил!
— Нет… — на миг мне стало страшно, очень страшно. — Бога не отдам!
— Врежь, врежь ему, Петька! – нервически хохотнула из-под панамы Бастинда. – Ой-ой-ой, тоже мне Бога себе нашёл, тьфу! Дурак придурочный… Бог — он в церкви живёт!
— Врежь, врежь, — подхватили мальчишки. – Давай, давай!
— Короче, Чиклет, слышишь? В последний раз тебе говорю!

Виталь заорал было из окна, что за меня всем задницы порвёт, но был схвачен за ухо откуда ни возьмись явившейся мамашей и оттащен прочь. Пару секунд спустя из-за кулис второго этажа раздался посвист режиссёрского кнута и жалобный бас ударной установки.

Не успел я и глазом моргнуть, как Петруччо вынул из-за пояса свой финский ножичек – предмет зависти всех мальчишек нашего двора, выточенный его братом-зеком из старого паровозного клапана, подошёл и ткнул меня в живот:

— Вот тебе за Бога!

Мне даже не было больно. Мне вообще было никак. Под истошный визг девчонок и дворовой мелюзги я медленно сполз спиною по стволу антоновки и, не разжимая кулака, потерял сознание.

***

Спасибо доктору: он не позволил санитарке выкинуть Бога, аккуратно уложил того в баночку для анализов, а мама нанесла травы. Травы и капустного листа.

Навещая меня, мандарины мама оставляла на тумбочке — по традиции, но поскольку сам я в те дни питался лишь через катетер-трубочку, то фрукты и прочие вкусности дарил соседке по палате — девочке с красивым, но необычайно бледным лицом и лямблиями в печени. Ей даже уколов в день делали на целых три больше, чем мне. Ещё бы, ведь её не хранил сам Бог.

Дни в больничке тянулись нудно, порою казалось, бесконечно. Бог тихо похрустывал себе в баночке дарёной маминой капустой и в разговоры со мной не вступал. Единственная наша дискуссия состоялась сразу после того, как умерла бледная девочка с лямблиями.

В ту душную июльскую ночь моя соседка вдруг начала страшно хрипеть, биться затылком об изголовье, обрывая в последних судорогах питающие её болезнь пластиковые трубочки. Потом девочку вырвало печеньем, желчью, ещё чем-то. Спустя минуту-две (врачи так и не успели добежать вовремя, несмотря на мой тревожный вызов) юная страдалица отмучилась, наконец, и тихо выпрямилась в своей кроватке, уставив в потолок широко открытые, голубые, но безжизненные, увы, теперь глаза, а в самом уголке её измождённых губ глупо оранжевела одинокая мандаринная корочка.

Утром, не удержавшись, я спросил Бога:

— Почему так?
— Видишь ли, Чиклет: я ещё слишком маленький Бог и не имею достаточно сил, чтобы воскресить её.
— А если бы ты был уже большим?
— Ну, тогда за большими делами я вряд ли бы углядел маленькие, — тяжело вздохнул мой Бог и уполз под травинку, чтобы я его больше не беспокоил.

С тех пор мы не перекинулись больше и парой слов. Я не возражал, ибо понимал: Богу – богово. Понимал и принимал как есть.

Потом умер Борька, от какого-то странного, скоропостижного августовского гриппа. Следом – Бастинда, свалившись, возвращаясь из гостей, с пригородного перрона под проходящий электропоезд. Петруччо так и не сумел прижиться на «малолетке», был «опущен» по ходу и в одну прекрасную ночь удавлен под нарами казённой подушкой.

Все эти новости, ещё горяченькими, приносила мне мама. Жалеючи, она называла иудушку не иначе как Боренька, а размазанную по шпалам иудицу – бедная Танечка. Про Петьку, правда, мама сразу и честно заявила мне: «так ему и надо». А меня отчего-то нисколько не интересовало мнение Бога в связи со всеми этими событиями, тем более что в последние дни тот как-то странно приутих, стал твёрдым, серым и недвижимым.

Пока Бог спал, я решил написать евангелие, ведь всё же, что ни говори, я был самым первым его апостолом. Маниока – вторым, но пока что даже не догадывалась об этом. А Виталь мог запросто бы сойти за третьего, если б не был таким лодырем да ещё и второгодником впридачу.

Евангелие

Создал Бог Бога.
Из утренней росы, из детской слезы и капустной грядки.
Нарёк имя ему – Земляной Бог, и положил под корень.
И это было единственно верно.
Ибо Главный Бог владеет горним, а Земляной – дольним.
Главный — немного до и бесконечно после,
Земляной — исключительно здесь и сейчас…

Потом умер я.

Уровень лейкоцитов в крови сначала резко поднялся, потом так же резко упал. Медики, как всегда, забили тревогу: забегали, засуетились. Кололи антибиотики, адреналин и ещё чёрт те что, прилаживали к моей тоненькой вене капельницы с физраствором, но… сепсис всё равно победил.

Сепсис всегда побеждает маленькую жизнь, если на сердце той таится большая обида.

Бог проснулся, пообсох минут с двадцать, затем расправил белые, с двумя чёрными пятнышками крылья, выбрался из банки, взмыл через форточку в небо и помчался вослед мне – своему первому свидетелю. Ибо что такое Апостол без Бога? И что такое Бог без Апостола?

Евангелие от Маниоки

…Он был хороший.
Не дал погубить Бога.
За это Бог полюбил его…

Ивангиле от Виталя

Двашды два – пять.
Отныни и ва веки виков
Аминь…
Опубликовано: 09.04.2017
орфография и пунктуация автора сохранены
Предыдущая | Следующая | Лента публикаций

Барамунда

Вид для читателей
Рейтинг публикации: 93
Просмотры: 1845, прочтения: 46
Оценки: 12 (средняя 1.2)
Ваш отзыв
Заказные рецензии
[ORD_TBL]
Отзывы
Вся наша убогая жизнь промелькнула перед глазами. Мощный рассказ.
Андрей Муз, 07.04.2019 02:10
Спасибо, Андрей!
Барамунда, 10.04.2019 13:49
Просто охренеть.
Михаил Н.Ромм, 06.04.2019 22:08
Благодарю, Михаил! Простите, сейчас в трудной командировке, оттого нет сил на активность)
Барамунда, 10.04.2019 13:49
Да ладно Вам, и так эмоциональная нагрузка от Ваших рассказов лишает меня душевного покоя.
Михаил Н.Ромм, 10.04.2019 19:03
С Новым Годом! Вы хорошо пишете
Тейлор Террариан, 29.12.2018 19:35
стараюсь
Барамунда, 29.12.2018 21:34
Отвечу вам здесь на счет грамматического пассажа который вас смутил.
"Ударил тело Яги в голову" - это правильная формулировка, поскольку тело не принадлежало Яге, следовательно ударить Ягу было нельзя. Таким образом удар пришелся на голову тела, в котором находилась Яга (голова - часть тела). По моему, это довольно просто.
Тейлор Террариан, 29.12.2018 22:05
По-моему (пишется через дефис), нарушение норм языка, на котором вы пишете. И ещё - здесь не место для обсуждения вашего графоманства. Отвечайте под своим опусом, чтобы факты нагляднее были. Надеюсь, вы поняли о чем я?
Барамунда, 29.12.2018 22:33
Нет. И подобные оскорбления надо бы чем-то подкреплять.
Тейлор Террариан, 31.12.2018 13:25
Здесь? Под вашим опусом - пожалуйста, нет проблем. Отделим голову от тела?
Барамунда, 31.12.2018 13:44
Ваши герои, как живые стоят перед глазами. С Новым годом, Артур, и новых творческих удач!
Алекс, 29.12.2018 12:38
Спасибо Вам, Алекс! Вас тоже с Новым Годом!
Барамунда, 29.12.2018 21:34
Ой, как понравилось! Артур, у вас очень образный язык, а уж как выдержана интрига - слов нет! Рассказ несколько раз удивляет новым нестандартным поворотом сюжета. Мне даже было жаль, что я так быстро дочитала.
Аффтар, пеши исчо!)))
Галья Рубина-Бадьян, 16.12.2018 16:56
Спасибо Вам, Галья! Это моё любимое творение)
Барамунда, 24.12.2018 22:41
Очень хорошо читается, без провисаний, в "атмосфере", чувствуется авторский голос. Если будет через денёк время, а у Вас останутся нерецензированные, то с большим удовольствием рискну.
Александр Марусев, 03.12.2018 08:13
Спасибо! Буду весьма признателен!
Барамунда, 03.12.2018 12:26
Было ли у Вас время просмотреть мою рецензию? Если просмотрели - вставлять ли в заказ? Или будете ждать другого?
Александр Марусев, 11.12.2018 07:18
Александр. Спасибо Вам! Я вынужден был срочно ехать в командировку в Норвегию, всё на нервах, проблемы со связью, потому не отвечал. Ещё раз огромное спасибо!
Барамунда, 13.12.2018 23:49
Прочла...
Почему-то эта история мне напомнила историю о графе Калиостро ...
Юлия Юрьевна Соболенко, 30.11.2018 01:39
Спасибо, что прочли! Несколько неожиданна Ваша ассоциация.
Барамунда, 01.12.2018 15:21
" …Он был хороший.
Не дал погубить Бога.
За это Бог полюбил его…"

Граждане и товарищи , дамы и господа , напишите рецензию пожалуйста на это произведение ...
С уважением- Юлия С .
Юлия Юрьевна Соболенко, 15.08.2019 13:04
Неожиданная идея... Концовка мне понравилась!
Никита Гузь, 24.11.2017 12:09
Благодарю, Вас, Никита!
Барамунда, 24.11.2017 16:36
Рецензии
Владимир Капаев, 12.12.2018 15:47
Александр Марусев, 04.12.2018 17:36
Похожие публикации
Дон Боррзини: Козлолюбка
Дон Боррзини: Плотник Герасим
Дон Боррзини: Пунитаялини. Гл. 22b. Предобрая секьюрити
Дон Боррзини: Пунитаялини. Гл. 23a. Долгожданная встреча
Дон Боррзини: Пунитаялини. Гл. 23b. Фудзияма со всеми японскими выкрутасами
Дон Боррзини: Пунитаялини. Гл. 24. Хеленка, Хеленочка
Дон Боррзини: Пунитаялини. Гл. 25. Мужья-тёзки и филармония
Фарида Кудаева: А вдруг...
Фарида Кудаева: Уймись, совесть
Алекс Архипов: ЗАЧИСТКА
Олег Пряничников: Миртов и Савельев
Олег Пряничников: Весёлая же-же
Олег Пряничников: Ностальгия Столетина
Барамунда: Когда у женщины болит голова
Алекс Доков: Ироническая притча о Любви и Свободе
Нина А. Строгая: Лерочка и Волки (окончание)
Нина А. Строгая: Война и Мир
Нина А. Строгая: Лерочка и волки
Марина Улыбышева: Лучше птичкой была бы я...
Алексей Бобров: Волшебный фонарь
Мария ДюМа: Летящим на северо-запад
Мария ДюМа: Я молился
Мария ДюМа: Прелесть
Михаил Блат: Суд
Сергей Фофанов: Рыба мечт
Сергей Фофанов: Случилась осень
Андрей Титов: У обрыва
Андрей Титов: У обрыва ( окончание) 1
Андрей Титов: Путешествие мужских туфель
Андрей Титов: День рождения
Андрей Титов: Ошибка (начало)
Андрей Титов: Ошибка ( окончание)
Андрей Титов: Последний день отпуска
Андрей Титов: Банкир
Галина Маркус: Сказка со счастливым началом" (отрывок)
Ирина Май: Ты помнишь, подружка?
Ирина Май: Любовь и история партии (продолжение)
Ирина Май: Любовь и магия (начало)
Ирина Май: Любовь и магия (продолжение)
Алексей Аистовъ: Третья новелла (продолжение)
Анири: И коей мерой меряете. Часть 1. Алька. Глава 1. Мастер Мер
Анири: И коей мерой меряете. Часть 1. Алька. Глава 2. Оранжевый шарик
Анири: И коей мерой меряете.Часть 1. Алька. Глава 3. Кукла Кира
Анири: И коей мерой меряете. Часть 1. Алька. Глава 4. Пе'тро
Анири: И коей мерой меряете. Часть 1. Алька. Глава 5. Родительская
Новые авторы
Вениамин Ленский
Светлана Тюряева
Заказы на рецензии
Ол Томский
Автор приглашает
Новые книги
Жизнь номер раз
Последний демон рая
Я поступила в университет
...всё во Всём
Нуар в таёжных тонах
© 2014 – 2019, Литературное имя. Администрация
Публикации на взаимовыгодной основе