Литературное имя
рейтинги, публикации, рецензии, издать и продать книгу
Наш проект позволяет авторам войти в Большую литературу, получить признание и заработать, помогая начинающим: подробнее ...
Заработать 5000 махов в конкурсе "ОТЗЫВ-ЧЕМПИОН"
 
Личный кабинет Выход
Рейтинги
Публикации
Критика
Магазин
Издать книгу
Новости сайта
Конкурсы
Частые вопросы
О проекте
Новости сайта
Проблемы с доставкой почты от сайта и обменом литов
Список СМИ, куда доставляются книги курьером
Подписка на новости:
Анонсы публикаций
Ещё анонсы
Объявления
Зарегистрируйтесь на сайте и получите 1000 махов и 1000 web-литов для начала работы!
Информация
Литературный конкурс "Кни­гу­ру": при­ем за­я­вок до 15 ию­ля 2019 г.
Литературный конкурс "Мо­но­ЛИТ": при­ем за­я­вок до 25 ию­ля 2019 г.
Литературный конкурс "Ру­с­с­кие ри­ф­мы": при­ем за­я­вок до 31 ав­гу­с­та 2019 г.
Конкурс "Лу­ч­шее имя для зве­з­ды": при­ем за­я­вок до 30 се­н­тя­б­ря 2019 г.
Премия "Чи­тай Ро­с­сию" за лу­ч­ший пе­ре­вод: при­ем за­я­вок до 30 ап­ре­ля 2020 г.
Torture Master (часть 1)
Глаза слезились от многочасового недосыпания. Со лба бежали бесцветные ручьи пота, с рук сочилась свежая алая кровь. Он отдавал себе отчет насколько измучен и обессилен, но не мог позволить себе сдаться. Дрожащая рука сжалась в кулак, отдаваясь резкой болью в переломанных костяшках. Он судорожно сжал зубы, чтобы сдержать крик. Тот человек ни за что не должен был это услышать. Тот человек, которого он пытал.
– Выглядите усталым, дядя – улыбался его мучитель, прикованный к кованному стулу.
Дознаватель легко покачивался, как шхуна, идущая в бейдевинд.
Колени стонали. Почему единственный стул у допрашиваемого?
Это же просто нечестно!
– Я бы уступил вам место, но… – улыбнулся пленник, попробовав развести прикованные руки.
Дознаватель вскипел. Говорят, что глаза – зеркало души. Но в действительности, это ее отдушины. Через них было видно, как разгорается сдерживаемый ранее гнев. Будто реакция достигла критического давления, и произошел взрыв, а образовавшиеся газы несутся из нутра к глазам. Основной продукт реакции – чистый гнев, побочные – огонь в глазах и бешеный крик. Крик отчаяния и ярости.
Если бы у него оставались силы, дознаватель, несомненно бы бросился на пленника, подобно пантере. Но все, на что были согласны его ноги – это плавная походка лавирующей шхуны.
Он сделал шаг, другой, третий уже вместе с большим дуговым замахом, вложил него последние силы и со смачным звуком передал импульс системе стул-"ублюдок", опрокинув ее на пол угловым моментом.
Это движение дорого стоило дознавателю: он потерял равновесие и рухнул. Ударная рука дрожала, и болела так, словно была объята пламенем. Дознаватель уже не мог сдерживать крик.
Допрашиваемый легко оттолкнулся от пола привязанной ногой и поднялся вместе со стулом.
– Дядя, вам точно не помешает передышка. Лично я никуда не тороплюсь…
Дознаватель снова издал крик, но теперь это было нечто совершенно непотребное. Так кричат мандрилы, когда кто-то нечаянно забредает на их территорию. Он бросился к дверям, по дороге споткнувшись о провод, протянутый к железному стулу допрашиваемого, и скрылся, забыв затворить дверь.
Из-за двери послышался его обезумевший голос: "Где инструменты? Я не могу так работать! Почему мне нельзя использовать свои ебучие инструменты?"
Голос, что ему отвечал, звучал робко и неуверенно, периодически прерываясь: "Вы бы его убили… Он слишком ценен для руководства".
"А? Так этого они бояться?"
"Вы хорошо поработали. Но, кажется, вам пора сделать перерыв" – третий голос звучал с непроницаемым спокойствием.
"Хотите меня сменить, да?! Я вам покажу, на что способен" – его голос прервал звук разбитой чашки и всплеск, потом крик, затем гулкие ритмичные удары о пол. Раз, два, три…
Дверь распахнулась, и в проеме показался дознаватель. Он твердо стоял на ногах, его глаза пылали, а руки крепко сжимали какой-то странный продолговатый предмет.
"Железная ножка от табуретки" – догадался допрашиваемый, и в ту же секунду почувствовал интеракционное взаимодействие.
Двое дюжих гвардейцев в черной форме внутреннего подразделения оттаскивали дознавателя первого ранга от валяющегося на полу пленника, а тот старался успеть как можно больше раз угостить лицо последнего "табуретом".
Наконец его, не без усилий, удалось втащить в кабинку наблюдателей. Гвардейцы скрутили ему руки, и дознаватель был должен испытывать ужасную боль, но лицо его светилось радостью.
– Вы его убили, Эдисон вас побери! – вскричал первый наблюдатель, прописав дознавателю смачную оплеуху. Было видно, что рука у него сразу же заныла. С непривычки. И он испугался. Своих действий, ведь дознаватель был выше его по званию. Его действий. Последствий потери пленника. Реакции руководства.
Всего.
Дознаватель наконец начал понемногу осознавать произошедшее, и его, забрызганное чужой кровью, лицо, начало терять выражение щенячьего восторга, и сквозь него уже проявлялся стыд.
– Успокойся, парень, – второй наблюдатель говорил спокойно, будто ничего не произошло – Пульс есть.
Все повернулись на экран, где рядом с изображением валяющегося на полу в луже собственной соединительной ткани пленника, бежала чуть вздрагивающая золотистая полоска.
– Ну, раз все обошлось… – начал первый наблюдатель, искусственно придавая своей речи спокойную уверенность.
– Я уже подал рапорт о вашем… – перебил его второй – состоянии здоровья… Командование решило прислать вам замену.
Дознаватель осмотрел всех присутствующих, и внезапно рассмеялся.
– Вы сделали все возможное, но вам правда нужен отдых… – продолжил второй.
– Нет…
– Простите?
– Пока мой заместитель не пришел, я все еще старший по званию в этой комнате?
Второй наблюдатель неохотно кивнул.
Дознаватель дернул плечами, и гвардейцы послушно отпустили его.
– Отлично. – он поправил одежду – Передайте, пожалуйста, телефон.
Его окровавленная рука была протянута ко второму наблюдателю, и периодически вздрагивала.
Удерживать ее в таком положении явно требовало от дознавателя неимоверных усилий, но наблюдатель почему-то медлил.
– Разрешите поинтересоваться – он говорил с нарочитой, нетипичной для себя, осторожностью, беря телефон двумя пальцами – Как именно вы намерены им воспользоваться?
– Дай мне чертову трубку, младший сержант! – крикнул дознаватель, и вахтер быстро сунут ему аппарат, даже не задумываясь о том, что творят его руки. Мгновение спустя он с укоризной посмотрел на них, словно на предателей. Те стыдливо дрожали.
В воздухе бежали гудки набираемого номера.
– Нет, мать вашу, – неучтиво заявил дознаватель – у меня нет кодов экстренной связи с управлением!
Второй наблюдатель нервно сморщился, первый – испуганно съежился, и только гвардейцы продолжали стоять с каменными лицами.
– Что у меня есть? Тритонианец, живой и целехонький… Пока. – он бросил трубку.
– Ты что натворил? – крикнул второй, забыв о субординации.
Дознаватель усмехнулся, и поднял вверх три дрожащих, но очень самоуверенных пальца.
Наблюдатель замер от неожиданности, и начал следить за ними с непроизвольным интересом.
Пальцы по очереди начали загибаться. Когда в воздухе остался висеть только судорожно подрагивающий кулак, телефон задрожал.
Оба наблюдателя наперебой бросились к трубке, но дознаватель остановил их жестом.
Он грациозно поднял аппарат и лилейным голосом пропел:
– Чем могу быть полезен Управлению?
Ему тут же пришлось отстраниться, так как из трубки громыхнуло:
– Немедленно вези его сюда! Тупой ты ублюдок!
Дознаватель опустил трубку на уровень груди и убавил звук. Подождал несколько секунд, под смущенными и растерянными взглядами наблюдателей, после чего снова поднес трубку к уху:
– К сожалению, сэр, это невозможно.
Ответ был очень резким, но разобрать его никому из наблюдателей не удалось.
– Потому что, сэр – дознаватель взял телефон как блюдечко с чаем, чтобы не слышать в ушах крик – Это слишком опасно, а пленник ценен. Да, я понимаю. А вы понимаете, что он убил 187 человек на моей станции? Вооруженных до подштанников гвардейцев, один?! – дознаватель перешел на крик. – Я не буду его перевозить. Ладно, присылайте. Лучше всего – мастера. Занят? Пусть прервется! – гаркнул на последок дознаватель, и бросил трубку.
– Ты понимаешь, что натворил, олух? – вскричал первый наблюдатель – Мы же теперь "некомпетентная ячейка"! – тех, кто его знал, определенно бы напугала нетипичная ярость в его голосе, но дознаватель лишь задорно улыбался.
Входная дверь скрипнула, и вместе с ней – башмаки дознавателя. На них он мягко развернулся, взял со стола папку с бумагами, и сунул ее в прямо в руки вошедшего офицера.
– Тебя, кстати, тоже скоро сменят. – дознаватель, лучезарно улыбаясь, покинул кабинет. Его усталость как рукой сняло. Дверь хлопнула, но из коридора еще долго доносилось веселое посвистывание.
Опубликовано: 11.04.2019
орфография и пунктуация автора сохранены
Предыдущая | Следующая | Лента публикаций

Тейлор Террариан

Вид для читателей
Рейтинг публикации: 183
Просмотры: 279, прочтения: 10
Оценки: 4 (средняя 0.5)
Ваш отзыв
Заказные рецензии
[ORD_TBL]
Отзывы
Глаза слезились от многочасового недосыпа. Со лба бежали бесцветные ручьи пота, с рук сочилась кровь. Он осознавал насколько измучен и обессилен, но не мог позволить себе сдаться. Дрожащая рука сжалась в кулак, что отдалось резкой болью в переломанных костяшках. Он сжал зубы, чтобы сдержать крик. Тот человек ни за что не должен был это услышать. Тот человек, которого он пытал.

Вот так бы я отредактировал первый абзац. Дальше все вроде бы ровно написано. Вообще подход интересный -- сопереживать дознавателю, а не заключенному, как бы повышая таким образом статус заключенного. Впрочем, на счет сочувствия не получилось. Сочувствия не вызывает. Возможно, получилось бы, если сделать больший акцент на страхе перед подследственным. И даже тогда я думаю, навряд ли бы удалось.
Михаил Н.Ромм, 24.04.2019 20:22
Рецензии
Похожие публикации
Новые авторы
Светлана Тюряева
Павел Черкашин
Заказы на рецензии
Константин Берковский
Автор приглашает
Новые книги
Жизнь номер раз
Последний демон рая
Я поступила в университет
...всё во Всём
Нуар в таёжных тонах
© 2014 – 2019, Литературное имя. Администрация
Публикации на взаимовыгодной основе