Литературное имя
рейтинги, публикации, рецензии, издать и продать книгу
Наш проект позволяет авторам войти в Большую литературу, получить признание и заработать, помогая начинающим: подробнее ...
ИЗДАТЬ КНИГУ БЕСПЛАТНО или ПОЧТИ БЕСПЛАТНО
 
Личный кабинет Выход
Рейтинги
Публикации
Критика
Магазин
Издать книгу
Новости сайта
Конкурсы
Частые вопросы
О проекте
Анонсы публикаций
Михаил Струнов:
На поле Армагеддона,
Алекс:
Сердце
Галья Рубина-Бадьян:
Попытка
Ещё анонсы
Новости сайта
Новости ноября 2018
Как сделать, чтобы Ваша книга продавалась в магазине на сайте
Подписка на новости:
Объявления
Зарегистрируйтесь на сайте и получите 1000 махов и 1000 web-литов для начала работы!
Друзья Гумфонда
Информация
Литературный конкурс "Рус­ский По­эт": при­ем за­я­вок до 27 де­ка­б­ря 2018 г.
Конкурс рецензий "Пи­шу о те­а­т­ре": при­ем за­я­вок до 1 фе­в­ра­ля 2019 г.
Конкурс эссе "То­ч­ка ро­с­та": при­ем за­я­вок до 1 ап­ре­ля 2019 г.
Творческий конкурс "В за­щи­ту оке­а­нов": при­ем за­я­вок до 17 ию­ня 2019 г.
Всероссийский конкурс "Юный сле­до­ва­те­ль": при­ем за­я­вок до 15 де­ка­б­ря 2018 г.
Анири - Проза: документальная и мемуарная (проза о мере, любви, детстве)
И коей мерой меряете. Часть 1. Алька. Глава 2. Оранжевый шарик
- Ушлаааа. Ушлааааааа…Ушлааааааааааа...

Под огромными воротами в дырку между серой, прожаренной на солнце землей и крашеными досками смотрит заплаканный зеленый глазик. Кудрявая, рыжая головенка тоже бы пролезла без труда, но с той стороны кто-то, видно очень сильный, тянул назад и пролезть никак не получалось.
Поэтому владелица глазика упирается крошечными лапками из последних сил, и, стараясь погромче крикнуть, звонко верещит:

- Ушлааааааа... Ушлааааааааааааа.....

И, оглушая сонных кур, дремотно ковырявшихся в пыли на насквозь пронизанной солнцем деревенской улочке, еще долго вслед ушедшей звенит:

- Ушлааааааааааааааа.

Та что ушла, красивая, стройная, черноволосая красотка, облегченно вздохнув, весело проскакала по легкой пыли, оставляя глубокие следы от острых, тоненьких каблучков.

- Вот ведь поросенок! Ни шагу не дает ступить. Всю душу вынула мне уже.

Каждое утро история повторялась. Молодая мама, собиралась на работу "хвосты крутить" быкам на ферме (она закончила Ленинградский зоотехнический), а дочурка, не отпуская ее не на шаг, ревела так, что аж захлебывалась. Она из последних силенок вцеплялась в красивое мамино платье и орала дурниной.

Малышке казалось, что все неправильно. Что она просто недостаточно жалобно просит, и если закричать погромче, мама останется! Мама поймет, как ей плохо, как болит животик, еще тогда, когда все время страшно хотелось кушать, начавший болеть от голода, и боль только-только начала утихать. И как страшно, что снова с неба грянет огонь, погаснет свет и посыпется со стен колючая, как иголки, штукатурка.
***
Шел 1946. В деревеньке под Балашовом маме с дочкой, выбравшимся из Ленинграда, было уже легче, и малышка даже начала капризничать, дуть губки, если ее заставляли выпить парное молоко.
Тихая река, ласковая, теплая, медленно тянула свою темную воду, похожую на жидкий мармелад вдоль обрывистых берегов, поросших ивами и черемухой. На песчаном берегу Аня с малышкой проводила все свободное время, пытаясь забыть, отвлечься, больше не видеть и не вспоминать... А Алька постепенно крепла! Ей уже не надо было вставать на четвереньки, чтобы перелезть через малюсенький холмик песка. Ее кривые ножки все увереннее несли худенькое тельце, и через год, в стройном ребенке уже не угадывался маленький, лысенький уродец с большим животом.
"Алюська! А ну иди сюда, гадкая девчонка! Ты что, заболеть опять решила, что ты вытворяешь?" - возмущалась Аня, в очередной раз снимая дочку с вишни. "Ты обезьяна, а не ребенок! Куда ты лезешь все время?"

Замурзанное донельзя, все в вишневой смоле и соке существо, с абсолютно счастливой мордахой, хохотало, отбиваясь от матери. Рубашонку до пупа и трусики оставалось только выбросить, отстирать никакими силами не получалось. Да, в общем, ей это было все равно.

***
- Алюсь. За травой пошли.

Это дед Иван. Наверное, больше всего, малышку любил дед. Огромный и сильный, добрый и ласковый, какими редко бывают деревенские мужики, дед был работящим, честным и до последних дней своих, верно и преданно любил жену, здоровенную, крепкую казачку, Пелагею.
Алюся деда тоже обожала. Вечером, когда начинало темнеть, она пряталась в зале за занавеской и тихонько смотрела, как дед с бабкой отбивают поклоны перед страшной черной иконой, на которой дяденька стоит босыми ногами на облаках. Ей очень нравились дети, с крылышками, которые летали над дяденькой. У них были толстые розовые щеки и пухлые пятки. Она даже завидовала им, потому что они жили на небе и ели сладкий нектар. Так говорила баба Пелагея, но мама резко обрывала эти разговоры, больно дернув Алю за руку.

-Не забивай голову ей. Ты тут в деревне, а ей в Москве в школу идти, октябренком быть. Ляпнет такое - беды не оберешься.

Баба Пелагея истово верила. Слова дочки так ранили её набожную душу, ей было горько и страшно за внучку. Но она замолкала. А когда Анны не было, давала Алюське полистать тяжелую мохнатую книжку с большими черными буквами. Там были и красные буквы тоже, их было мало и они походили на красивых червячков, их хотелось погладить и выковырять из книжки.

- Алюсяяяя. Пошли, детка золотая. А то роса падет, сыро будет.

Алька, вприпрыжку, побежала за дедом, который быстро шел через двор в сарай. В сарае, на погребице, у него хранилось всякое. Там он столярничал, и желтая янтарная стружка вилась по полу и щекотала пятки. Там стояли глечики со сливками и пахло мороженым. Там у них с дедом был свой мир. Дед смастерил ей маленький молоточек и такую машинку, которой можно почухать по деревяшке, и получалась тонкая щепочка. И эту щепочку можно было приколотить к бабушкиной табуретке, на которую она садилась, когда доила корову. А с устатку, как говорил дед, можно было хватануть с ним на пару, прямо из глечика холодного густого молока. И вытереть деду усы, чтоб не заметила бабка.

- Ооось...глянько, паразит. Опять сметану ил. Я от попрячу, и масло тэбе ни дам.

Но никто ей не верил... Потому что она сама, набрав в фартук теплых яиц в курятнике, отворачивалась от деда, быстро крестила рот, и каким то неуловимым движением плюмкала одно из них и смачно выпивала.

Но деда было не провести, и он, толкая Альку локтем, шекотно шептал ей на ухо :"Ось...ось.."

Дед взял на погребице два мешка и они пошли, через огород, потом мостик на дальний луг.

Солнце уже близилось к закату, луг был золотым, сверкающим, праздничным. Медово пахла, сомлевшая на солнышке, трава, усталые бабочки дремали на цветах.
Пока дед резал траву большим изогнутым, как месяц, ножом, Алька носилась по лугу, пугая осоловелых пчел и тяжеленных лягух, почуявших вечернюю прохладу.

Два тяжеленных мешка с травой, дед, как пушинки взвалил на плечи. Альке тоже досталась котомка. Они пристроили её ей на спину, оттуда щекотно кололись травинки, пахло сладким и было очень радостно тащить её, потому что дед, охая и кряхтя, всю дорогу обьяснял, что без нее, Альки, ему никогда бы не дотащить столько травы.

Дома дед высыпал всю траву на пол, они с бабушкой устлали ею весь дом и воткнули за икону ветки с красными галочками вместо цветов.

-Клеченье,- сказала баба Пелагея. - Троица завтрева. На детко, крестик, надень. От мамки только спрячь.

И вдруг Алька, которая всегда была на стороне матери и рьяно пела с ней про Красное знамя, взяла крестик, быстро, воровато перекрестилась, и поцеловала бабушку.

Пелагея прослезилась.

А оттуда, из-за темной иконы, маленький, оранжевый, полупрозрачный шарик вдруг просочился, заискрил, и незаметно скользнул в Алькин кармашек.
Опубликовано: 19.10.2017
орфография и пунктуация автора сохранены
Предыдущая | Следующая | Лента публикаций

Анири

Вид для читателей
Рейтинг публикации: 167
Просмотры: 581, прочтения: 6
Оценки: 3 (средняя 5.0)
Ваш отзыв
Ваша рецензия
Заказные рецензии
[ORD_TBL]
Отзывы
Хорошая проза, читается быстро и легко, а главное сюжет затягивает. С радостью продолжу чтение...
Никита Гузь, 21.12.2017 10:45
Ваша проза - очень поэтична.
Алекс, 06.12.2017 11:44
На этом сайте очень мало талантливых прозаиков. Вы как раз из тех, кто может заполнить эту нишу.Хотелось бы почитать не только ваши мемуары.
Михаэль Фартуш, 28.10.2017 14:41
У меня мало прозы. Я, стихи, в основном
Анири, 31.10.2017 20:08
Ну вот... Теперь продолжения хочется! Надеюсь, вскоре появится?
Владимир Плешаков, 19.10.2017 19:16
Спасибо. Есть продолжение, потихоньку выложу. Не хочу сразу утомлять
Анири, 19.10.2017 20:10
Рецензии
Похожие публикации
Дон Боррзини: Жертва искусства
Дон Боррзини: Два толстяка в одном ПАЗу
Дон Боррзини: Козлолюбка
Дон Боррзини: Плотник Герасим
Фарида Кудаева: А вдруг...
Олег Пряничников: Миртов и Савельев
Олег Пряничников: Весёлая же-же
Олег Пряничников: Ностальгия Столетина
Барамунда: Вознесение Земляного Бога
Алекс Доков: Ироническая притча о Любви и Свободе
Нина А. Строгая: Лерочка и Волки (окончание)
Нина А. Строгая: Война и Мир
Нина А. Строгая: Лерочка и волки
Алексей Бобров: Волшебный фонарь
Сергей Фофанов: Рыба мечт
Сергей Фофанов: Случилась осень
Галина Маркус: Сказка со счастливым началом" (отрывок)
Алексей Аистовъ: Третья новелла (продолжение)
Анири: И коей мерой меряете. Часть 1. Алька. Глава 1. Мастер Мер
Анири: И коей мерой меряете.Часть 1. Алька. Глава 3. Кукла Кира
Анири: И коей мерой меряете. Часть 1. Алька. Глава 4. Пе'тро
Анири: И коей мерой меряете. Часть 1. Алька. Глава 5. Родительская
Мария Солодилова: Театральная сказка - 2 часть
Мария Солодилова: Театральная сказка - часть 3
Мария Солодилова: Театральная сказка часть 4
Мария Солодилова: Театральная сказка-часть 5
Мария Солодилова: Театральная сказка-часть 6
Мария Солодилова: Театральная сказка - окончание
Новые авторы
Сергей Фофанов
Мазманян Валерий
Марина Улыбышева
Александра Саша Сашнева
Ирина Май
Автор приглашает
Новые книги
Николай Ярославцев «Вождь из сумерек» часть 1
Проект, избежавший коррупции
Азриэль «Высшая мера наказания»
Юрий Малов «Хождение по торговым палатам»
Ирина Шахова «Мой Порог»
Леонид Фраймович «Нич Ниднибай»
© 2014 – 2018, Литературное имя. Администрация