Литературное имя
рейтинги, публикации, рецензии, издать и продать книгу
Наш проект позволяет авторам войти в Большую литературу, получить признание и заработать, помогая начинающим: подробнее ...
ИЗДАТЬ КНИГУ БЕСПЛАТНО или ПОЧТИ БЕСПЛАТНО
 
Личный кабинет Выход
Рейтинги
Публикации
Критика
Магазин
Издать книгу
Новости сайта
Словарь терминов
Частые вопросы
О проекте
Анонсы публикаций
Ещё анонсы
Новости сайта
Новости сайта от 29 сентября 2018 года
Как сделать, чтобы Ваша книга продавалась в магазине на сайте
Подписка на новости:
Объявления
Зарегистрируйтесь на сайте и получите 1000 махов и 1000 web-литов для начала работы!
Друзья Гумфонда
Информация
Премия "Бунинская": при­ем за­я­вок до 1 июля 2018 г.
Премия "НОС": при­ем за­я­вок до 31 июля 2018 г.
Литературный конкурс "Кубок Брэдбери": при­ем за­я­вок до 1 сентября 2018 г.
"Премия неправильной дра­ма­ту­р­гии": при­ем за­я­вок до 1 сентября 2018 г.
Литературный конкурс "Чеховская осень": при­ем за­я­вок до 26 октября 2018 г.
Надежда Коган - Проза: эссе (проза о наследии)
Санчасть
У меня дома на подоконнике растут в горшках индийский лук и алоэ. На кухонном столе стоит банка с японским молочным грибком. В тумбочке лежат аппликаторы Айрес и пачка с капсулами пептидов Хавинсона. А медицинский полис не знаю, где валяется.
- Почему? - вы спросите.
Из жизненного опыта.
Много лет назад моя знакомая, Зина Каретникова, скромная, трудолюбивая женщина сорока пяти лет, пришла к участковому терапевту с жалобой на невыносимую головную боль. Молодая докторша измерила пациентке температуру, давление, прослушала сердце и легкие – и отказала в оформлении больничного листа, обвинив Зину в симуляции. Ей даже не пришло в голову отправить женщину к другим специалистам. Через полмесяца симулянтка умерла. Вскрытие показало обширную опухоль мозга.
Младший брат моей подруги в те же времена пришел в поселковую поликлинику с температурой 39 и нарывами на гландах – у парня была фолликулярная ангина. Наследница Гиппократа заглянула больному в горло, лопаточкой выдавила нарывы и спокойно сказала:
- Иди, работай.
Моего отца вечером увезли в больницу с приступом острого панкреатита. Разбираться не стали, поставили капельницу с обезболивающим и велели дожидаться утреннего обхода. При обходе врач почему-то ничего экстраординарного не увидел, (наверно, обезболивающее смазано картину), а на мой вопрос – можно ли кормить? – равнодушно ответил:
- Можно. Первый стол.
Это сейчас достаточно заглянуть в Интернет и прочитать, что про таком приступе пища вызывает новый приступ невыносимой боли, поэтому необходимы три дня голодной диеты… Но тогда я послушно выяснила, что такое первый стол, сбегала за молоком и творогом и с ложечки покормила папу. Еще и возмущенно сказала:
- Ведь ничего толком не сказали! Вызову такси и отвезу тебя домой.
Папа радостно улыбнулся, но тут же лицо его исказилось, губы посинели…
Я кинулась за медсестрой. Та пила чаек, и на мой вопль о помощи невозмутимо ответила:
- Не умрет.
- А если умрет? Никогда его таким не видела!
Через десять минут папа умер у меня на руках, несмотря на все старания перепуганной медсестры. Равнодушное разрешение врача убило его вернее, чем пуля… А ведь Скорая привезла папу с именно с этим диагнозом – приступ острого панкреатита…
Я сама тоже однажды попала в ласковые руки бесплатной медицины. В доме отдыха играла в волейбол, выпрыгнула к сетке и показалось, словно выстрелили в ногу. Медсестра, особо не заморачиваясь, определила сильное растяжение сухожилия, наложила тугую повязку и велела лежать, пока не станет легче. Ступня при ходьбе отлетала, боль была адской, но растяжение связок – фигня… И я – уже дома – растирала голень и лодыжку тигровой мазью, ходила на короткие прогулки и ждала, пока пройдет. Не проходило.
Был конец августа и с меня на работе потребовали справку об освобождении от сельхозработ, поскольку всем ясно было, что в картофельной борозде мне делать нечего, разве что лежать с больной ногой.
Добывание справки превратилось в настоящую пытку. До центральной больницы города, где было травматологическое отделение, надо было добираться на двух всегда переполненных автобусах. Боль в ноге становилась в этом путешествии почти нестерпимой. А кто бы мне, молодой девице, место уступил?
Кататься пришлось два раза. Сначала поехала во второй половине дня. Врач, злющий, небритый, усталый, услышав о справке, тут же переадресовал пациентку к начальнику отделения. На мою просьбу посмотреть пострадавшую конечность (Ведь больно же… Очень…), ответил резким отказом.
На следующий день отправилась с утра. Ждала часа два, двум врачам попыталась предъявить свою травму, но оба, услышав о справке, испуганно отказывались… Пришел начальник, посмотрел на меня, как на злостную симулянтку и, наконец, поинтересовался:
- Показывайте, что там у Вас?
Поскуливая от боли и обиды, я стащила кроссовку, размотала бинт и залезла на каталку. Начальник под мой хриплый вой повертел ступню и радостно объявил:
- Полюбуйтесь, коллеги, полный разрыв ахиллова сухожилия. Третий после Брумеля и Плисецкой. – и спросил у меня, - Зашивать будете?
- А надо? Мне, вообще-то, справка нужна…
- Дадим Вам справку, - отмахнулся досадливо начальник и пояснил, - Надо зашивать, полный разрыв сам не срастается…
Под смущенными взглядами травматологов я замотала ногу, обулась и с двумя бумажками, справкой и направлением на операцию, похромала в клиническое отделение.
Там было еще веселее. Стальная дама в белом халате и шапочке, пойманная мной в коридоре, взяла направление, ознакомилась и удивленно спросила:
- У кого разрыв?
- У меня…
- Женщина, не морочьте мне голову! С полным разрывом ахиллова сухожилия не приходят. С ним приносят на носилках!
- Но это не я морочу… Это Руссков, начальник травмопункта…
Дама посмотрела на меня, как все три предыдущих хирурга, вместе взятые.
- Тогда подождите пару часов. Освобожусь – посмотрю.
Так я и не сшила свое сухожилие. Покурила на лавочке около больничного корпуса и подумала, что с таким чудовищным равнодушием они мне в ноге еще и скальпель оставят. Справку дали – и ладно.
В сентябре в НИИ пришла разнарядка на курсы повышения квалификации при Московском инженерно-физическом институте. Два раза в неделю… Да провались эта нога, когда такая возможность…. Через полгода поездок за новыми знаниями у меня даже хромота прошла. Наработались мышцы, поддерживающие ступню взамен порванного сухожилия…
Но такая линия поведения хороша для себя. А когда в опасности любимые люди – ведь не простишь себе, если не обратишься за помощью к специалистам.
Надежные руки медиков отправили на тот свет мою маму и мужа….
Но почему? Ведь был же умница-врач на Скорой, который спас моего отца – задолго до того страшного приступа – от отека легких. Два часа шла настоящая борьба… Вытащил. В больнице папу положили в коридор и ничего предпринимать не стали – Скорая все сделала.
И сейчас есть хирурги, терапевты, эндокринологи, легенды о которых ходят по городу, мол, настоящий врач! Но их мало. А что же остальные, с их высшим образованием, клятвой Гиппократа, со всей мощью современной медицины, с вековым опытом лечения людей, от Авиценны до Гамалеи?
Ответ я получила недавно, прочитав страшную книгу Юлия Марголина «Путешествие в страну зэ-ка».
Среди всех воспоминаний о ГУЛАГе это, пожалуй, самая талантливая, горькая и точная. Автор, философ, интеллигент, настоящий ученый, не прошел сталинского воспитания, вбитого страхом, фальшивыми процессами и звонкими лозунгами в головы населения шестой части земли. Поэтому увидел многое. Например, Санчасть. Учреждение, порожденное ложью ГУЛАГа, и протянувшее свои щупальца даже в сегодняшние дни.
В Санчасти выражение Сенеки «miser res sacra» (несчастный – свят), которое со временем стало воплощением христианской доктрины о милосердии к нуждающимся, превратилось в лозунг «miser res utilis» (несчастный – используемый). Излечение больных людей вовсе не являлось целью лагерной больницы. Текущий ремонт инструмента-раба для дальнейшего рабского труда на благо государства.
А только ли лагерной? Жесткий контроль по всей территории Советского Союза за выдачей врачами листков нетрудоспособности – уже не секрет. И врач, не выдавший такой листок юноше, больному ангиной, обрекая его тем самым на разрушение сердечно-сосудистой системы – с точки зрения государства прав.
И персонал медицинских учреждений, равнодушием своим сводящий в могилу безденежных пенсионеров, тоже в своем праве. Кому они нужны, эти старики? И какая экономия на пенсиях!
Пусть не обижаются на меня настоящие врачи. Я знаю, что они есть. Но как понять, к такому ли ты человеку попадешь, или к чиновнику с холодным сердцем? Так что на всякий случай дай мне Бог не попасть в Санчасть в конце пути…
Опубликовано: 23.02.2018
орфография и пунктуация автора сохранены
Предыдущая | Следующая | Лента публикаций

Надежда Коган

Вид для читателей
Рейтинг публикации: 421
Просмотры: 227, прочтения: 4
Оценки: 1 (средняя 5.0)
Ваш отзыв
Ваша рецензия
Заказные рецензии
[ORD_TBL]
Отзывы
Легко себе представить такой текст опубликованный в какой-нибудь советской газете. На мой взгляд, автор смотрит на проблему слишком односторонне. Получается, что вся проблема в равнодушии врачей. Совершенно упускается из виду, что причина, скорее в осмысленной политике государства, урезающего расходы на здравоохранение. Что в свою очередь, происходит от полного безразличия граждан к сами себе. И меня лично, в этой системе как раз удивляет, что попадаются и врачи и учителя, которые, наперекор всему, и профессиональны и неравнодушны.
Аластрум, 24.02.2018 19:30
Мне кажется, что Вы не очень внимательно прочитали это эссе. Я говорю именно о государственной политике - и в доперестроечные, и в наши времена. Поэтому и сравниваю нынешние медицинские учреждения с Санчастью ГУЛАГа.
Надежда Коган, 25.02.2018 19:15
Рецензии
Похожие публикации
Новые авторы
Марина Улыбышева
Александра Саша Сашнева
Ирина Май
Андрей Коровёнков
Валерий Ржевский
Автор приглашает
Новые книги
Белеющий парус изданья
Алексей Аистов, Дежавю, Серия «ЛИ»
Александр Шапиро, «У истины в долгу» Серия ЛИ
Лео Певзнер, Там, где мы есть
Светлана Авербух, Жаль не войти в прошедший дождь, Серия «ЛИ»
Александр Доков, Агент «М», Серия «ЛИ»
© 2014 – 2018, Литературное имя