Литературное имя
рейтинги, публикации, рецензии, издать и продать книгу
Наш проект позволяет авторам войти в Большую литературу, получить признание и заработать, помогая начинающим: подробнее ...
Заработать 5000 махов в конкурсе "ОТЗЫВ-ЧЕМПИОН"
 
Личный кабинет Выход
Рейтинги
Публикации
Критика
Магазин
Издать книгу
Новости сайта
Конкурсы
Частые вопросы
О проекте
Новости сайта
Участие в выставке ММКВЯ 2019 и премирование авторов
Наша экспозиция на МКВЯ 2019
Подписка на новости:
Анонсы публикаций
Ещё анонсы
Объявления
Зарегистрируйтесь на сайте и получите 1000 махов и 1000 web-литов для начала работы!
Информация
Литературный конкурс "Кни­гу­ру": при­ем за­я­вок до 15 ию­ля 2019 г.
Литературный конкурс "Мо­но­ЛИТ": при­ем за­я­вок до 25 ию­ля 2019 г.
Литературный конкурс "Ру­с­с­кие ри­ф­мы": при­ем за­я­вок до 31 ав­гу­с­та 2019 г.
Конкурс "Лу­ч­шее имя для зве­з­ды": при­ем за­я­вок до 30 се­н­тя­б­ря 2019 г.
Премия "Чи­тай Ро­с­сию" за лу­ч­ший пе­ре­вод: при­ем за­я­вок до 30 ап­ре­ля 2020 г.
Любовь и кровь. «Дом Чаплиных». Санкт-Петербург, Невский проспект, 13


Рифма «любовь»/«кровь» —одна из самых очевидных и затасканных в нашей поэзии. От поэтов Пушкинской эпохи до «серебряного века» ее использовали столь часто, что ныне стихотворец должен обладать недюжинной смелостью, чтобы срифмовать подобным образом. Коллеги по цеху тотчас заклюют, не говоря о критиках.

Право слово, досадно до слез — рифма ведь гениальная. Одна из редкостных, основанных не только на созвучии. Обладающая смысловым — более того, метафизическим — наполнением. Эта история, произошедшая во времена, когда рифмовать «любовь» с «кровью» было не только не зазорно, но и единственно возможно.

Но прежде, чем приступить к изложению трагических событий почти двухсотлетней давности, поясним, что завязка истории случилась в доме купцов Чаплиных на углу Невского проспекта и Большой Морской улицы. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, что строил этот замечательный особняк, один из признанных шедевров классицизма, итальянский архитектор. Звали его Савелий-Иосиф-Антоний Беретти. Отец зодчего Джованни Беретти приехал в Россию в 1780-х годах. Здесь он сумел дать сыну престижное образование: Савелий-Иосиф-Антоний, превратившийся в Викентия Ивановича, окончил архитектурный класс Петербургской Академии художеств. Вскоре он был удостоен звания Академика и сам стал преподавать в бывшей alma mater. Беретти строил много, но самые знаменитые его творения находятся уже вне российских границ. Наш итальянец является автором Красного корпуса Киевского Национального Университета и Киевского института благородных девиц, где ныне располагается Международный центр культуры и искусств.

Вернемся в век XIX. 24 ноября 1817 года в два часа пополудни в Петербурге, на Волновом поле, произошла дуэль. Событие по тем временам нередкое. Этот поединок, вошедший в историю как «четверная дуэль», был уникален по двум причинам. По форме — редчайший случай так называемой «перекрестной перестрелки», когда вместе с дуэлянтами должны стреляться и секунданты. И по составу участников эта дуэль была уникальной. Причиной послужила любовная интрига. Из-за прославленной танцовщицы Авдотьи Истоминой к барьеру вышли сын фаворита Екатерины II, граф Александр Завадовский и кавалергардский штаб-ротмистр Василий Шереметев, считавшийся официальным любовником Истоминой. Секундантами выступали Александр Грибоедов и знаменитый дуэлянт, будущий декабрист Александр Якубович.

Начиналась же история, как мы упоминали, в доме Чаплиных, построенном Беретта буквально за десять лет до описываемых событий. До этого здесь на протяжении полувека был пустырь, а еще ранее располагались временные деревянные дворцы императриц Анны Иоанновны и Елизаветы Петровны. Место было исключительно удачным, недаром Екатерина Великая планировала именно здесь возвести здание для своего рабочего кабинета, а Павел Первый планировал строительство театра по эскизам Винченцо Бренна. По различным причинам ни одному из этих возвышенных проектов не суждено было осуществиться. В итоге, на этом месте вырос доходный дом с большими витринами и помещениями под магазины на первом этаже. Некогда здесь, на квартире своего друга Завадовского, останавливался Грибоедов. Позже жили Модест Мусоргский и Ирина Одоевцева.

На первый взгляд, поводом к дуэли послужила банальная ревность. Поссорившиеся любовники — Истомина и Шереметев — временно разъехались. Случаем воспользовались почитатели ветреной актрисы. Сначала интрига развивалась вполне безобидно: Истомина каталась с Грибоедовым в санях по городу. Потом они прибыли на квартиру Завадовского, который был влюблен в королеву сцены давно и вполне безнадежно. В разгар мирнейшего чаепития в квартиру ворвался бешено ревновавший Шереметев. Впоследствии выяснилось, что встреча с Истоминой происходила по просьбе родителей Василия Шереметева, обеспокоенных его затянувшейся связью с актрисой. Завадовский принес влюбленному все возможные извинения,

Грибоедов вообще счел историю безделицей. В ту пору писаного дуэльного кодекса в России еще не существовало — он появился лишь в 30-х годах, незадолго до смерти Пушкина. Но в устной традиции правила были хорошо известны. И по ним ревность не могла быть поводом для поединка. Только защита чести.

В возбужденном после дуэли следственном деле имеется большая путаница в показаниях. Истомина, помирившаяся сначала со своим любовником, впоследствии призналась ему в любовной подоплеке свидания на квартире Завадовского. На допросах она лепетала, что про любовь ей нашептывал не кто иной, как Грибоедов. Не секрет, что тот числился известным соблазнителем. Кроме того, выяснилось, что она провела на квартире не меньше трех суток. И тут в дело вмешался известный бретер Якубович — человек отчаянной храбрости, которую впоследствии не раз проявлял на Кавказе. Это был модный в те годы образчик романтического героя — не без оглядки на Байрона.

Ему нравилось ставить на кон человеческую жизнь - и свою, и чужую. Стравить двух друзей, да еще и самому принять участие в поединке - это же было невероятное приключение! Якубович убедил Шереметева, что тот обязан драться. А поскольку в ситуации замешаны двое — и стреляться надо с обоими. Причем Якубович считал, что Шереметев должен стреляться с Грибоедовым, а сам он вызовет Завадовского.

Стреляться со своим другом Шереметевым Грибоедов отказался - «потому что, право, не за что». Но, чтобы не прослыть трусом, согласился на поединок с Якубовичем. Первым стрелял Шереметев. Пуля пролетела так близко, что оторвала воротничок у сюртука Завадовского. Граф слыл великолепным стрелком, и Грибоедов стал упрашивать его пощадить влюбленного безумца. Но Шереметев, стоя у барьера, продолжал сыпать оскорблениями и обещал в случае промаха все одно поквитаться с обидчиком. Разъярившийся Завадовский прострелил несчастному живот. После этого поединок между секундантами был отложен.

Рана Шереметева оказалась смертельной, он умер в страшных мучениях. Нелепая гибель друга предопределила всю последующую судьбу Грибоедова. Он не без основания считал себя виновником гибели Шереметева. И говорил, что он постоянно видит перед собой глаза умирающего.

А теперь припомним, что речь о той самой Истоминой, которую воспел Пушкин. В знаменитый донжуанский список поэта она, тем не менее, не попала. Значит, не без досады мог он наблюдать за успехами на любовном фронте своего более удачливого соперника.

Родные убитого Шереметева склонны были простить всех участников трагической дуэли, поэтому просили императора не наказывать их строго или жестоко. Завадовского отослали в Англию — и это фактически, нельзя было счесть наказанием, так как он был восторженным поклонником всего английского. Именно граф ввёл в столице империи моду на употребление шотландского скотча.

Якубович был сослан на Кавказ в действующую армию, к генералу Ермолову. А Грибоедов, в скором времени, вынужден был уехать из Петербурга с глаз подальше - дипломатом в Персию. Когда он проезжал через Тифлис, то первым человеком, которого Александр Сергеевич там встретил на входе в какой-то трактир, оказался Якубович.

Отложенная дуэль состоялась прямо в Тифлисе. Якубович ждал, что Грибоедов выстрелит первым, но тот не спешил, поскольку дуэль казалась ему совершенно лишней. В итоге нервы не выдержали у Якубовича, он выстрелил — и прострелил Грибоедову кисть левой руки. Ответная пуля пролетела над головой задиры так близко, что Якубович схватился за затылок — он был уверен, что ранен.

Ранение в руку поставило крест на карьере Грибоедова как музыканта-виртуоза. Он продолжал играть на фортепьяно, но с особым кожаным накладным мизинцем и специально разработанной аппликатурой. Этот накладной чехольчик для игры на фортепьяно — еще одна поразительная рифма между двумя Александрами Сергеевичами, о которых идет речь. Он удивительным образом вызывает в памяти специальный футляр, который щеголь Пушкин надевал на свой мизинец, чтобы защитить свой легендарный, неимоверных размеров ноготь.

После обмена выстрелами инцидент был исчерпан. Якубович отдал должное готовности Грибоедова рискнуть жизнью — собственно говоря, в этом и был смысл поединка. Для дворянина важно было продемонстрировать, что он способен поставить жизнь на карту ради поддержания своей чести. Что и было сделано. Конечно же, о дуэли вскорости узнал весь свет. Она стала легендарным событием. Недаром в 1825 году Пушкин иронически писал Александру Бестужеву: «Когда я вру с женщинами, я их уверяю, что я с Якубовичем разбойничал на Кавказе, простреливал Грибоедова, хоронил Шереметева». Стоит ли удивляться, что сам Александр Сергеевич был готов драться по любому поводу и едва ли не каждодневно упражнялся в стрельбе?

Пушкин, в свои последние годы жизни, продумывая сюжетную линию романа «Русский Пелам», включил в число действующих лиц почти всех участников описываемой нами драмы. Трагический отсвет этой дуэли ложится и на сюжет поединка Онегина с Ленским. Подобно Грибоедову, Онегин стреляется фактически поневоле, из-за нелепого стечения обстоятельств. И убивает друга. Эпизод этот появляется в романе явно не без влияния судьбы старшего товарища. Так поразительно все происходило в ту эпоху, когда рифмовать «любовь» и «кровь» было еще не зазорно.

P.S. Автор статьи не известен.

Сайт для учителей литературы
Опубликовано: 14.10.2019
орфография и пунктуация автора сохранены
Предыдущая | Следующая | Лента публикаций

Михаил Н.Ромм

Вид для читателей
Рейтинг публикации: 3
Просмотры: 86, прочтения: 5
Оценки: нет
Ваш отзыв
Заказные рецензии
[ORD_TBL]
Отзывы
Рецензии
Похожие публикации
Константин Берковский: Открытое Любовное письмо, Вступление"Роман о Кате" Фагмент #1
Константин Берковский: Фрагмент романа о Кате. #4
Дон Боррзини: Козлолюбка
Дон Боррзини: Плотник Герасим
Дон Боррзини: Пунитаялини. Гл. 24. Хеленка, Хеленочка
Дон Боррзини: Пунитаялини. Гл. 25. Мужья-тёзки и филармония
Фарида Кудаева: А вдруг...
Магазин на сайте ЛИ: Я поступила в жизнь: о книге Виктории Габриелян «Я поступила в университет»
Олег Пряничников: Миртов и Савельев
Олег Пряничников: Весёлая же-же
Олег Пряничников: Ностальгия Столетина
Барамунда: Вознесение Земляного Бога
Барамунда: Когда у женщины болит голова
Алекс Доков: Ироническая притча о Любви и Свободе
Нина А. Строгая: Лерочка и Волки (окончание)
Нина А. Строгая: Война и Мир
Нина А. Строгая: Лерочка и волки
Марина Улыбышева: Лучше птичкой была бы я...
Алексей Бобров: Волшебный фонарь
Мария ДюМа: Летящим на северо-запад
Мария ДюМа: Я молился
Мария ДюМа: Прелесть
Сергей Фофанов: Рыба мечт
Сергей Фофанов: Случилась осень
Андрей Титов: У обрыва
Андрей Титов: У обрыва ( окончание) 1
Андрей Титов: Путешествие мужских туфель
Андрей Титов: День рождения
Андрей Титов: Ошибка (начало)
Андрей Титов: Ошибка ( окончание)
Андрей Титов: Последний день отпуска
Андрей Титов: Банкир
Галина Маркус: Сказка со счастливым началом" (отрывок)
Ирина Май: Ты помнишь, подружка?
Ирина Май: Любовь и история партии (продолжение)
Ирина Май: Любовь и магия (начало)
Ирина Май: Любовь и магия (продолжение)
Алексей Аистовъ: Третья новелла (продолжение)
Анири: И коей мерой меряете. Часть 1. Алька. Глава 1. Мастер Мер
Анири: И коей мерой меряете. Часть 1. Алька. Глава 2. Оранжевый шарик
Анири: И коей мерой меряете.Часть 1. Алька. Глава 3. Кукла Кира
Анири: И коей мерой меряете. Часть 1. Алька. Глава 4. Пе'тро
Анири: И коей мерой меряете. Часть 1. Алька. Глава 5. Родительская
Новые авторы
Виталий Аркадьевич
Константин Берковский
Заказы на рецензии
Магазин на сайте ЛИ
Автор приглашает
Анонсы книг
Ещё анонсы
Новые книги
«Во времена Саксонцев»
«Орбека», «Дитя Старого Города»
«Еврейские женщины в истории и современности»
© 2014 – 2019, Литературное имя. Администрация
Публикации на взаимовыгодной основе